Русский Обще-Воинский Союз. 
Русская военная эмиграция. 1920-1940 гг.
На главную страницу.
Новости Обновления Публикации Персоналии Ссылки Фотоальбом Плакаты Гостевая

 
ГАРСПАРЯН А. Оскорбление Скоблина

ГАРСПАРЯН А. Оскорбление Скоблина

НАЧАЛЬНИК КОНТРРАЗВЕДКИ НЕ БЫЛ АГЕНТОМ НКВД?

Бессменный командир Корниловского ударного полка, а затем и Корниловской дивизии сначала прославился среди белогвардейцев своей военной удалью, затем – браком на известнейшей певице Надежде Плевицкой, «соловье России». А потом к нему пришла слава совсем другого рода. Считается, что именно Скоблин передал чешскому президенту Масарику для последующей передачи советской стороне материалы, позволившие Сталину арестовать, судить и расстрелять группу маршала СССР Тухачевского. Скоблина называют в числе организаторов похищений агентами НКВД руководителей Русского обще-воинского союза – РОВСа – генералов Миллера и Кутепова.

Скоблин Николай

За всю историю русской эмиграции не было большего скандала, чем «предательство» Скоблина. Пишу в кавычках, потому что сильно сомневаюсь в этом. Справедливости ради стоит сказать, что до недавнего времени я, как и все, был убежден – последний командир легендарного Корниловского ударного полка был самым успешным агентом НКВД. На многочисленные нестыковки в том деле привычно не обращал внимания, пока один из коллег не задал вопроса: «А почему Вы верите, что согласие работать на советскую разведку написано собственноручно Скоблиным?». Ответить было нечего.

Дьявол в деталях

Большинство из тех, кто считает этот документ подлинным, никогда его в глаза не видело. А ведь, чтобы однозначно заявлять о его подлинности, нужно сравнить его с другими документами, авторство которых бесспорно принадлежит Скоблину. Но до сих пор даже мысли такой ни у кого не появилось. А напрасно, если вспомнить, когда наши силовые органы объявили генерала Скоблина своим агентом… Ведь это произошло только лишь в начале 90-х годов, когда срочно понадобились новые герои. К сравнению – Кима Филби таковым признали чуть ли не сразу же после его провала.

Таких деталей в этом деле слишком много. Вот лишь некоторые. Почему Скоблин, якобы скрывавшийся после своего разоблачения в Москве, не давал никаких показаний о контрразведке РОВСа, которая не могла не интересовать чекистов? А только лишь «занимался изучением испанского языка»? Почему во всем деле «Фермера» (как именовали чекисты Скоблина в своей секретной переписке) нет нормальных сведений о лидерах русского зарубежья? А есть всего лишь словно списанные из эмигрантских газет подробности самых разнообразных склок и интриг?

Суд в Париже

Заочный суд над генералом, прошедший в конце 30-х годов в Париже, лишь ещё больше запутал дело. Он проходил с таким бешеным количеством нарушений, что, читая протоколы допросов свидетелей, трудно скрыть изумление. Начать хотя бы с того, что, готовя процесс, обвинение долго не могло решить: на кого конкретно работал последний командир Корниловского ударного полка? На Советский Союз или на Германию? Показания тех, кто доказывал невиновность Скоблина, вовсе в расчет не принимались.

Начало было положено Антоном Ивановичем Деникиным. Одна фраза «Я всегда, вернее, с 1927 года, подозревал его в большевизанстве» расставила «все точки над и», хотя никаких веских доказательств не было представлено. С этого момента стал Скоблин агентом Кремля. И весь процесс моментально принял нужный всем оборот – «рука французского правосудия умеет карать беспощадно».

Прежде всего, давайте вспомним, кем же такой Николай Владимирович Скоблин. Боевой генерал, последний командир Корниловского ударного полка и Корниловской ударной дивизии, кавалер ордена Николая Чудотворца, в 30-х годах – одни из лидеров контрразведки Русского обще-воинского союза. Больше того, он расценивался многими военными эмигрантами как будущий председатель этой крупнейшей организации русского зарубежья. Если бы он возглавил РОВС, то его методы моментально бы изменились. За основу была бы взята методика работы контрразведки, которую называли «Внутренняя линия»: сеть реально действующих агентов по всей территории СССР. Массовость РОВС, а в тот момент в организации было больше 50 000 чинов русской императорской армии, помноженная на новый характер борьбы, могла дать весьма неприятные для коммунистов результаты. Этого надо было избежать любой ценой.

Дискредитация генерала была выгодна слишком многим. И НТС, большинство отделений которого, были созданы во Франции только благодаря «Внут.линии», и от диктата которой «Нацмальчики» мечтали избавиться. И завистникам в эмиграции, которых раздражала популярность главного корниловца. И Германии, ведь Николая Владимировича многие считали убежденным сторонником Великобритании. И, разумеется, СССР, ведь РОВС объединял самых непримиримых врагов большевизма. Словом, все только и искали случая разделаться со Скоблиным.

Он представился осенью 1937 года. Советской разведке удалась, возможно, одна из самых блестящих операций – похищение в Париже председателя РОВС генерала Евгения Карловича Миллера. Все было разыграно как по нотам, каждый актер на зубок знал свою роль, зачастую не подозревая, что режиссеры этой пьесы сидят в Москве.

22 сентября Миллер предупредил начальника канцелярии РОВС Кусонского, что у него важная встреча. И если он с нее не вернется – вскрыть письмо, которое лежит на столе в его кабинете. Генерал Кусонский же проявил эталонную беспечность – про просьбу своего начальника вспомнил только спустя 12 часов. В спешке вскрыв письмо, он прочитал, что у председателя РОВС была встреча со Скоблиным. За ним немедленно послали дежурного офицера. Николай Владимирович приехал в управление воинского союза совершенно спокойным. По воспоминаниям Кусонского, он побледнел в момент, когда ему сказали о том, что Миллер оставил записку. Это считается главным доказательством вины. То есть версия, что он сам был шокирован преступлением, даже не рассматривалась.

Затем Скоблин, воспользовавшись очередным проявлением беспечности со стороны Кусонского, сбежал и якобы прятался в квартире агента НКВД. Однако это не имеет ничего общего с реальностью. В действительности же Николай Владимирович зачем-то через весь город поехал домой к полковнику Воробьеву. Весьма странное поведение для человека, если он на самом деле является изменником. Но и этого ему показалось мало, и Скоблин решил навестить еще и полковника Кривошеева, чина «Внут.линии». Жена последнего показала в суде, что Скоблин был взволнован, несколько раз повторив, что ему срочно нужна помощь верных корниловцев. Выпив стакан воды, Николай Владимирович уехал. Больше его никто не видел.

Странности следствия

Казалось бы, виновность генерала доказана и суду не составит никакого труда вынести приговор. Но не тут-то было. С самого первого допроса свидетелей начались странности. Начало было положено, когда следствие нашло некоего офицера Добровольческой армии, чья фамилия почему-то не сообщалась. Этот безымянный таинственный «офицер» якобы видел, как Скоблин уговаривал Миллера войти в дом, принадлежавший консульству СССР. Казалось бы, виновность корниловца этим разоблачающим его свидетельством полностью доказана.

Но только если не обращать внимания на детали. Во-первых, анонимный свидетель – это всегда настораживает. А во-вторых, по его собственному признанию, «офицер» этот находился примерно в 40 метрах от Скоблина. И вот с такого расстояния, к тому же еще и со спины – он умудрился его узнать. При этом признавшись, что солнце мешало ему хорошенько все разглядеть, но теперь он уверен!

Видный деятель РОВС Савин, специально приехавший на процесс из Испании, сразу заявил, что это провокация и генерал невиновен. А когда ему продемонстрировали записку Миллера, огорошил суд: это грубая фальшивка, уж он-то хорошо знает почерк председателя РОВС. В зале наступила тишина. Савина тут же перестали допрашивать, а его показания вообще решили не учитывать.

Обвинению пришлось перейти к испытанному средству: доказать, сто Скоблин жил не по средствам. Действительно, по сравнению с большинством эмигрантов, Николай Владимирович существовал с комфортом. Загородный дом, машина. Но не стоит забывать, что все это было приобретено на деньги его жены, известной певицы Надежды Плевицкой. Семья владела еще и бензоколонкой, на которой заправлялось большинство таксистов из русских эмигрантов. Открывал ее Скоблин на паях с еще одной легендой белого движения, генералом Туркулом. Однако тот предпочел не говорить об этом в суде. У него и выхода другого не было. Слишком многие слышали, как поносил Туркул «бездарную старческую головку Миллера». Генерал, сделавший едва ли не больше всех для развала РОВС, неожиданно для всех стал монументом веры. На костях Скоблина.

Скоблин невиновен

В предательство Скоблина очень многие в эмиграции не поверили. РОВС провел собственное расследование, результаты которого убедительно доказывали: генерал невиновен. В Советском Союзе на этот счет вообще ничего не говорили до начала 90-х годов. А потом доказательства работы Скоблина на НКВД стали появляться, как грибы после дождя. То Судоплатов «неожиданно вспомнил» в своих мемуарах, как ему кто-то об этом говорил, хотя такая информация – государственная тайна. Потом известный журналист выдал целую книгу про Скоблина, в которую вписал, очевидно, им же и сочиненные, подробности.

Но документов о работе генерала на Советский Союз, как не было, так и нет. Все, что появляется в интернете или в отдельных исследованиях – фальшивки. Говорить о «величайшем агенте Лубянки» пока явно преждевременно…
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Дизайн и разработка: Ю. Шилов, В. Неклюдов, 2004     © Проект студии Atropos
Если вам понравился наш сайт, HTML-код нашего банера вы можете взять здесь.